Нефть и мир. «Семь сестер» – дом, который построил Джон - Леонид В. Крутаков

В 1911 году, когда был вынесен судебный вердикт о роспуске и разделе Standard Oil на 43 компании, она контролировала большую часть добычи в старых регионах Аппалачского бассейна (78 %), Лайма-Индиана (90 %) и бассейне Иллинойса (83 %). В центральных штатах доля компании в нефтедобыче составляла 44 %, в Калифорнии – 29 %, а на побережье Мексиканского залива – 10 %[42].

Считается, что под контролем Standard Oil к моменту ее раздела находилось более 400 предприятий по всему миру, 90 тыс. миль трубопроводов, 10 тыс. железнодорожных цистерн, 60 океанских танкеров и более 200 речных пароходов, барж и катеров, снующих по Гудзону и Янцзы.

Это без учета компаний, подконтрольных напрямую акционерам Standard Oil, куда входили железные дороги, отели, банки, страховые агентства, угольные шахты, меднорудное и железорудное производство, земельные угодья, агентства недвижимости и транспортные компании. Один только Рокфеллер владел 16 железнодорожными компаниями и 6 сталелитейными (включая U.S. Steel), 9 банками, 6 пароходствами, 9 риелторскими фирмами и 3 апельсиновыми рощами.

Нефть была нескончаемым (более обильным, чем золото или серебро) источником стоимости, возникавшим из ничего, не как результат труда, а как дар природы (буквально из-под земли). В рамках актуальной теории происхождения стоимости из труда (затраты биологической энергии) у нефти нет себестоимости, мы ее не производим. У нефти только операционные затраты, возникающие при ее извлечении из земли. На заре добычи в Пенсильвании расходы на бурение скважины при попадании в пласт окупались в течение 2–3 месяцев, дальше из-под земли текли чистые деньги («черное золото»).

Денежный поток не просто переполнял (переливался через край) систему сложившихся общественных отношений. Он создавал избыточное внутреннее давление (подпор), продавливал перегородки и ломал преграды. Новые деньги требовали новых (обширных) пространств для приложения сил. Нефть буквально творила наш сегодняшний мир, а нефтяные деньги («черное золото», «обещания денег») этот мир капитализировали. За дирижерским пультом стоял Рокфеллер.

Делить на 43 части, по решению суда, пришлось не выручку или дивиденды Standard Oil и даже не добычу или рынки сбыта, не пароходы или трубопроводы. Делить пришлось сложноустроенный транснациональный конгломерат, состоявший из множества компаний, производств и банков, связанных между собой финансовыми схемами, взаимными кредитами, перекрестным владением акций и личными (очень жесткими) обязательствами.

Делить пришлось неделимое. Денежная масса, обращавшаяся внутри компании, была сопоставима с банковским капиталом всей Америки. Реальных объемов и масштабов компании никто тогда не знал, не знает их никто и сейчас.

Standard Oil долгое время существовала в виде треста (форма организации, которая обеспечивает скрытое управление другими компаниями через физических лиц). Практика эта началась еще до создания треста и продолжилась после перехода к холдинговой организации. Рокфеллер изначально предпочитал личные обязательства формальным договорам.

Иллюстрация 12. Дом семьи Рокфеллеров, Ричфорд, штат Нью-Йорк

Модель еще только прокладывала себе дорогу, форматы еще только отрабатывались. Вновь складывающиеся взаимоотношения (взаимные обязательства) бизнеса и власти оформлять контрактами и кодифицировать законодательно не представлялось возможным. Слишком они противоречили устоям человечества, нормам морали и этики, тоталитарным по своей сути, в отличие от законов и контрактов, обусловленных целеполаганием (утилитарная выгода).

«Я могу отчитаться за каждый заработанный мною миллион, кроме первого», – фраза, которую одновременно приписывают и Джону Рокфеллеру, и Генри Форду. Она действительно легко могла прозвучать как из уст первого, так и второго. Фраза носит универсальный характер для времен закладки и становления новой социально-экономической модели в любой стране в любое время и в любой точке планеты.

Официальная историография не содержит в себе вразумительного (рационального) объяснения причин успеха Рокфеллера. Родился нефтяной король в картофельном захолустье Америки (Ричфорд, штат Нью-Йорк) в 1839 году. На тот момент в Ричфорде проживали 939 человек, к 2020 году (180 лет спустя) население города выросло на 113 человек (1052 жителя). В современном Ричфорде ежегодно проходит фестиваль картофеля, славящийся своими деликатесами, такими как картофельное мороженое и картофельные палочки в шоколаде.

В 13 лет будущий магнат пошел в школу, где особых надежд не подавал. Учился с трудом, как он сам напишет об этом в автобиографии. После школы Рокфеллер поступил в колледж, но закончить его он не смог, ограничившись трехмесячными курсами по бухгалтерскому учету. В официальной историографии этот факт подается как изначальная тяга «филантропа» к предпринимательству, залог будущего успеха.

…Уже в 7 лет маленький Джон начал выкармливать на продажу индюшек и подрабатывать, копая для соседей картофель. Все результаты коммерческой деятельности он тщательно фиксировал в маленькой книжечке. На первые заработанные деньги приобрел добротную бухгалтерскую книгу, в которую записывал все свои доходы и расходы, уделяя внимание даже мелочам. К этой книге Джон относился с особым трепетом и уважением, сохранив ее на всю жизнь. Заработанные деньги он вкладывал в фарфоровую копилку и уже в 13 лет ссудил знакомому фермеру 50 долл. из расчета 7,5 % годовых…

В то время не было ни одного мальчика из обычной американской семьи, который не подрабатывал бы в семилетнем возрасте. Бедное детство может многое рассказать об условиях жизни маленького Рокфеллера и многое объяснить про его характер, однако признать бедность убедительной причиной феноменального взлета Standard Oil невозможно при всем желании. Напомним, всего за 9 лет (с 1870 по 1879 год) доля Standard Oil в нефтепереработке США выросла с 10 до 90 %.

Нарастила свою долю Standard Oil не за счет строительства новых мощностей на сэкономленные с помощью скрупулезной бухгалтерии деньги, а за счет поглощения уже существующих производств путем шантажа и банкротств. Но и этот факт (рывок Standard Oil) историки нефтяной отрасли и биографы Рокфеллера объясняют исключительно рыночными факторами и предпринимательскими талантами последнего.

Вот как, например, это делает Дэниел Ергин:

«К концу шестидесятых годов Рокфеллеру удалось аккумулировать достаточные финансовые ресурсы, чтобы его компания не зависела ни от банкиров, ни от финансистов или спекулянтов, как это было с железнодорожными и другими компаниями разных отраслей. Финансовые активы не только защищали компанию от резких спадов и экономических кризисов, чему были подвержены конкуренты, но и позволяли извлекать немалую выгоду из сложившихся экономических ситуаций»[43].

В мире очень много бережливых и хорошо умеющих считать молодых людей, выросших даже в более неблагополучных, чем Рокфеллер, семьях, но нефтяным королем стал он один. В чем причина успеха Рокфеллера? Если ответ на этот вопрос и существует, то он прост.

Рокфеллер никогда не занимался бизнесом. Он не создавал машинку по зарабатыванию денег, не формировал тресты, холдинги и монополии. Он создавал механизм распределения денег (раздача «обещаний денег»), властный механизм, империю. Он строил новую иерархию, новую